в газетах писали, что ты уезжаешь,
что рейс не отменят,
что рейс не отложат.
какие-то люди тебя окружают,
а ближе, чем были — уже невозможно.
что рейс не отменят,
что рейс не отложат.
какие-то люди тебя окружают,
а ближе, чем были — уже невозможно.
в красивых журналах считают пунктиры,
а я — до квартиры, вечернее сальто.
и кривятся губы, и кофе противен,
и новое утро, и новое /нет тебя/..
я по асфальту шагаю
с тем, кого сберечь не смогу.
до остановки трамвая,
звенящего на бегу.
в газетах писали, что ты — иди*тка,
во всём виновата проклятая водка.
ругаешься матом и песен не пишешь,
тебя окружают не люди, а мыши.
в красивых журналах считают пунктиры,
такое не выдумать даже нарошно.
а я каждый вечер ползу на квартиры,
и ближе, чем были — уже невозможно.
я по асфальту шагаю
с тем, кого сберечь не смогу.
до остановки трамвая,
звенящего на бегу.
я по асфальту шагаю
с тем, кого сберечь не смогу.
до остановки трамвая,
звенящего на бегу.