Меланхолично застыла Нева,
Словно в воду опущена.
Мне всё мерещится в небе твоем зеленоглазая дева,
А небо-то слепо, как слепок с лица
Убиенного Пушкина…
Город, где я напиваюсь, еще не проснувшись —
Иначе не выйти под северный дождь,
Не пробраться меж каплями,
Чтоб как-нибудь выразить всё же твою невыразимую сущность,
А, может быть, даже несмело шепнуть
Незатейливый комплимент…
Ай, Питер, Питер, ты слишком красив,
Чтобы быть просто другом!
Змей-искуситель, ты дремлешь, обвив
Моё сердце упруго.
Огромным гранитом поправ
Свободу кореньев и трав,
Ты сердишься, Питер, Юпитер — возможно,
Ты прав…
Город, где я не был счастлив, к несчастью, не разу —
Всё как-то на нервах, наверно, уже не добиться любви никак.
По Питеру надо скакать на лошадке, начистив кирасу,
А мы-то плетемся в немытых такси,
Да несвежих воротничках…
Ай, Питер, Питер, ты слишком красив,
Чтобы быть просто другом!
Змей-искуситель, ты дремлешь, обвив
Моё сердце упруго.
Огромным гранитом поправ
Свободу кореньев и трав,
Ты сердишься, Питер, Юпитер — возможно,
Ты прав…