С одесского кичмана
Бежали два уркана,
Бежали два уркана да с конвоя —
На Сонькиной малине они остановились,
Они остановились отдохнуть.
Бежали два уркана,
Бежали два уркана да с конвоя —
На Сонькиной малине они остановились,
Они остановились отдохнуть.
Один — герой гражданский,
Махновец партизанский —
Добраться невредимым не успел,
Он весь в бинтах одетый и водкой подогретый,
И песенку такую он запел:
«Товарищ, товарищ, болят таки мои раны,
Болят таки мои раны в глыбоке —
Одна вот заживает,
Вторая нарывает,
А третья — засела в глыбоке.
Товарищ, товарищ, закрой ты мое тело,
Зарой ты мое тело в глыбоке,
Покрой мою могилу,
Улыбку на уста мне,
Улыбку на уста мне сволоки.
Товарищ, товарищ, скажи, ты, моей маме,
Что сын ее погибнул на войне —
С винтовкою в рукою,
И с шашкою стальною,
И с песней на веселой на губе».
С одесского кичмана
Бежали два уркана,
Бежали два уркана с конвою —
На Сонькиной малине они остановились,
Они остановились отдохнуть.